Дом для умирающих «Нирмал Хридай»

В 1952 году мать Тереза открыла первый дом для умирающих. Позднее подобные учреждения стали называть хосписами. История его создания такова: мать Тереза увидела на улице умирающую женщину, которая была настолько слаба, что крысы начали есть ее заживо. Тело женщины было сплошь покрыто язвами и фурункулами.

Потрясенная этим жутким зрелищем, монахиня доставила умирающую в ближайшую больницу. Однако там отказались принять несчастную, ведь у нее не было ни денег, ни медицинской страховки. Мать Тереза проявила настойчивость. Она сказала, что никуда не уйдет, пока не будет уверена, что о страдалице позаботятся. И она добилась своего: умирающую приняли в госпиталь.

Мать Тереза искренне радовалась своей маленькой победе, но уже через несколько минут ее сердце снова сжалось от боли: по дороге домой она стала свидетельницей нескольких тяжелых сцен - люди умирали прямо на улицах. Прохожих это абсолютно не волновало: жители Калькутты привыкли к подобным картинам.

В этот день мать Тереза поняла, что необходимо особое учреждение, в котором могли бы находиться умирающие и где о них позаботятся.

И она отправилась в городскую ратушу. Мать Тереза обратилась к властям Калькутты с просьбой выделить ей место для такого учреждения. Ей нужно было только место, в остальном она полагалась на свои силы.

Городские власти разрешили матери Терезе использовать под дома для умирающих заброшенное строение, расположенное в калькуттском пригороде Калигат по соседству с храмом индуистской богини Кали - покровительницы Калькутты.

Помещение, которое власти города предложили матери Терезе, напоминало огромный сарай. Жители Калькутты называли его "дормашалах". В нем останавливались для отдыха и ночлега паломники, приходившие из далеких земель поклониться богине Кали. У индусов Кали считается богиней смерти и разрушений. Несмотря на такое грозное соседство матери Терезе очень понравился "дормашалах".

Вот что она написала в своих воспоминаниях: "Помещение было пустое, и сотрудник городского управления спросил, устраивает ли оно меня. Помещение устраивало меня по многим причинам, но прежде всего потому, что оно было центром молитвы для индусов. В течение 24 часов мы перенесли в "дормашалах" наших больных и страждущих, и дом для умирающих начал свою работу".

Настоящее значение такого учреждения проясняется, если принять во внимание тот факт, что Индия уже много лет лидирует в мировом экспорте… человеческих скелетов, и главную долю этого "товара" исправно поставляет город Калькутта. Начал этот бизнес некий Шанкар Нараян Сен в 1943 году, вовремя "великого бенгальского голода". Специально обученные агенты вытаскивают трупы из рек или подбирают на тротуарах, варят в огромных котлах, пока мясо не отстанет от костей… Европейские страны и США охотно приобретают этот жуткий товар для анатомичек, медицинских институтов, школ. Один скелет дает выручку в 100 долларов.

Именно поэтому мать Тереза стала открывать в Калькутте дома для умирающих. Несчастные, которые расстаются с жизнью на улицах этого города, даже после смерти не могут найти успокоения: их не хоронят, а перерабатывают. Они не нужны никому, пока больны и бездомны, но на их трупах потом зарабатывают. Великий смысл домов для умирающих в том, что люди в них: могут умереть и быть похоронены по-человечески.

Жители Калькутты говорили тогда, что мать Тереза превратила смерть в жизнь, а разрушение в любовь. Однако подобные настроения разделяли не все. Приют для умирающих встретил и жестокий отпор. 400 священников Калигата выразили протест по поводу того, что, по их мнению, мать Тереза пыталась обратить местное население в свою веру, навязать им христианство. Один видный политический деятель Индии пообещал им, что добьется закрытия центра. Он нанес визит в дом для умирающих, чтобы лично проверить, как сестры ухаживают за больными и умирающими, моют их, как они обрабатывают раны, кормят тех, кто сам уже не в состоянии принимать пищу. Его сопровождали представители прессы, у приюта собрался народ. Когда пораженный политик вышел из дома, он публично заявил: "Я обещал закрыть центр, и я сделаю это… Но не раньше, чем ваши матери, жены и сестры придут сюда, чтобы делать то, что делают эти сестры. В храме Кали стоит богиня из камня, а в этом доме находятся живые богини". Некоторое время спустя один из недовольных служителей богини Кали тяжело заболел туберкулезом, чрезвычайно заразной болезнью, вселявшей ужас в индусов, и Никто, кроме матери Терезы и ее помощниц, не согласился его лечить. Он выздоровел и с тех пор стал активно поддерживать мать Терезу и ее благородное дело.

Первый дом для умирающих был назван "Нирмал Хридай", что в переводе с хинди означает "чистое сердце". Сама мать Тереза называла этот дом для умирающих "мое чистилище".

К тому времени, когда дом для умирающих был открыт, у матери Терезы было уже 26 добровольных помощников. Только самые преданные могли выдержать строгий режим ордена сестер милосердия: обязательную ежедневную молитву в четыре часа утра, отсутствие имущества, кроме одной смены одежды. Сестры ордена спали на соломенных матрасах прямо на полу, питались рисом и овощами, по 16 часов в день работали среди бедных. Мать Тереза и ее помощницы подбирали на улицах Калькутты несчастнейших из несчастных: стариков и старух, детей калек, прокаженных - тех, для кого не было уже места на земле, - съеденные голодом и болезнями живые скелеты. Многих из них спасти было уже невозможно.

Однажды мать Тереза подобрала на улице грязного больного человека. По нему ползали вши и прыгали блохи. От тела исходил такой отвратительный запах, что никто не хотел находиться с ним рядом. Мать Тереза стала счищать вшей с несчастного. "Зачем ты делаешь это?" - спросил он. "Потому что я люблю тебя",- просто ответила мать Тереза, продолжая свою работу. Глаза человека наполнились слезами, и он сказал: "Хвала Иисусу в лице матери Терезы". "Нет, хвала Иисусу в твоем лице, - поправила его мать Тереза.- Ведь это ты, а не я, делишь сейчас с Ним Его муки. Сейчас Иисус переживает муки в тебе". Лицо умирающего прояснилось, когда он понял, что он любим, что он разделяет муки Христа.

Монахини стремились облегчить последние минуты несчастных, дать им умереть не по-собачьи - на асфальте, а под кровом, на циновке или охапке соломы. Они делали простые, но такие важные вещи: обеспечивали умирающих последним глотком воды и ласковым словом, заверяли, что их тело будет по индуистскому обычаю сожжено и пепел брошен в Гангу.

Эти невесты Иисуса никогда не старались обратить умирающих в христианство или похоронить их не так, как требует индуизм.

За более чем 40 лет существования домов для умирающих монахини ордена сестер милосердия подобрали 54 тысячи человек с улиц Калькутты. 23 тысячи человек умерло в доме в Калигате. Мать Тереза говорила: "Есть то, что нужно этим людям даже больше, чем пища и крыша над головой: понимание того, что они кому-то нужны, кем-то любимы. Они понимают, что даже если им осталось жить всего несколько часов, их любят. Господи, сделай нас достойными служить людям всего мира, которые живут и умирают в нищете и голоде".

4 февраля 1986 года дом для умирающих в Калькутте посетил папа Иоанн Павел II. Со слезами на глазах он читал надпись мелом на школьной доске: "3 февраля 1986 года прибыло два человека, выбыло - ноль, умерло - четыре. Мы делаем это во имя Бога". За время визита он смог сказать лишь одно слово. Он был очень тронут. С того самого дня мать Тереза стала правой рукой Иоанна Павла II, его вторым "я" в женском обличье.

Сегодня первый "Нирмал Хридай" стал молельней, доступной для всех желающих. В одном углу ее стоит статуя Божьей Матери с диадемой из золотых колец на голове. Эти кольца носили в носу женщины, которые умерли в этом доме. "Вот так те, кто не имел ни гроша, подарили Божьей Матери золотую корону",- говорила мать, Тереза.

← Орден милосердия Город мира «Шанти Нагар» →